$ 00,0000
00,0000
Казань -5.66 °C

Нужна ли идентичность нашим малым городам?

Одна из важнейших тем современности – отражение идентичности. Интересная дискуссия, посвященная ей, прошла в Казани. Ее участники пытались ответить на очень провокационные вопросы: не слишком ли мы усердствуем в погоне за идентичностью, и так ли она нужна нашим малым городам? 

В чем мерить? В матрешках? 

Впервые на уровне страны об идентичности серьезно заговорили в 2018 году, когда по поручению Президента РФ Минстрой запустил Всероссийский конкурс лучших проектов создания комфортной городской среды в малых городах и исторических поселениях. Идентичность стала одним из его критериев. 

— Тогда нам пришлось предпринять немало усилий, чтобы все это не превратилось в нелепую пародию, — рассказал участникам круглого стола, который проходил в Казани в рамках  Международного архитектурно-строительного форума «КАЗАНЫШ», Джемал Сурманидзе, руководитель управления проекта в Управлении нормативно-методической работы федерального проекта «Формирование комфортной городской среды» Проектной дирекции Минстроя России. — Именно здесь, в Казани нам удалось разработать правила, создать методику оценки, поэтому символично, что сегодня мы вновь возвращаемся к вопросу идентичности в столице Татарстана. Так чем измерять идентичность? Делать это «в матрешках» — у кого матрешка идентичнее — более чем странно. 


Сегодня вокруг идентичности в малых городах обозначилось сразу несколько противоречий. Первое — почти все заказчики со стороны муниципалитетов и общества просят сделать «как в Москве» или, например, «как в Стокгольме». При этом они хотят оригинальности, но в итоге проект на Сахалине почему-то мало отличается от проекта в Смоленске. 


Еще одна проблема — качество реализации той самой идентичности. По словам Сурманидзе, в большинстве случаев архитекторы пытаются привнести в свои проекты какое-то наивное краеведение. Реальный пример — проект Мичуринский. Почему у него такой цвет? Потому что это цвет яблок. Есть другой вариант, когда берутся какие-то паттерны, объекты, орнаменты и — в лучшем случае — творчески перерабатываются. Но один архитектор сумел красиво и интересно это воплотить, а другой просто сделал покрытие в форме национального орнамента и выдал это за идентичность. И вот мы имеем город в Нижегородской области — родину хохломы, в котором у нас сегодня три проекта про хохлому и почти все с матрешками. С одной стороны, люди, приезжающие в Семенов, ожидают увидеть там хохлому, но хотят ли того же его жители? Может быть у них совсем другой запрос появится?    

— Это повод очень серьёзно подумать о том, для чего нам нужна идентичность, – ставит вопрос перед коллегами Сурманидзе. — Зачем мы за нее платим? Добавляет ли она какую-то ценность проекту? 

Архитектор — археолог  

По мнению Юрия Шередеги, сооснователя и управляющего партнера проектно-консалтингового агентства SheredegaConsulting, не всегда нужно делать ставку на идентичность: порой фон местности столь беден, что ее поиски теряют смысл. А бывает, наоборот, архитектору нужно отступить, дабы этот фон не испортить.

— Да, иногда идентичность в проекте не только не нужна – вредна! Потому что воплотить ее достойным образом сложно. Во многом поэтому Московская область переходит на типовые проекты благоустройства. Там стараются использовать максимальное количество типовых элементов, потому что это проще сделать. Иногда нам стоит признаться, что во многих проектах малых городов и исторических поселений все сводится к идентичности альбома, а не к идентичности места. К тому же Федеральный закон № 44-ФЗ хорошему воплощению идентичности не способствует.

Работая с территориями, архитекторы имеют дело с огромным «пирогом» смыслов, феноменов, явлений. В поисках репперных точек, приходится «счищать» многочисленные слои, и в этом их деятельность можно сравнить разве что с работой археологов, считает Илья Спиридонов, архитектор бюро «Хвоя».


— Мы должны кропотливо провести проектный анализ и выявить: про что это место? Может, оно само по себе и есть идентичность? Я не о том, что нельзя использовать какие-то национальные мотивы в благоустройстве, но это довольно опасная дорожка, которая может привести к достаточно грубому навязыванию каких-то паттернов и ассоциативных вещей. В целом это может затмить то, что уже есть в этой среде. 


Эксперт подчеркивает, что со временем город меняется, и мы, как продукт его культуры, сами привносим эту ценность. Вот, например, казанский парк «Урам» — это про идентичность или нет? Илья Спиридонов уверен: про идентичность.

Все для удобства экономики

— Если идентичность и нужна, то для трех вещей, — отвечает на вопрос модератора Артем Укропов, сооснователь архитектурного бюро Megabudka. – Во-первых, для поднятия локального патриотизма (чтобы люди не уезжали, гордились этим местом и с чем себя ассоциировали). Во-вторых, для того, чтобы приезжали туристы. В-третьих, все вместе первое и второе рождает базу для удобства экономики, то есть для зарабатывания денег

По словам Укропова, самый простое в поисках идентичности — это повторить ее: условно говоря, построить такой же домик, как и был когда-то. Еще один прием – актуализация, когда мы говорим о прошлом современным языком. А если, на первый взгляд, идентичности нет? Всегда можно ее скомпилировать, выкристализовать! Более того, ее можно привнести, задать. 

— При работе с идентичностью мы рассматриваем все сценарии, — рассказывает Артем Укропов. – Смотрим, что лучше всего зайдет. 


По словам эксперта, кризис идентичности можно увидеть в самых неожиданных местах. Например, в Узбекистане! Сегодня там пытаются создать новую идентичность, при этом, не могут выразить свою базу, поэтому получается «как в Дубае». Впрочем, перед глазами у нас есть масса обратных примеров. Где утрированную до невозможности идентичность можно обнаружить, буквально, на каждом шагу, даже среди… мусора.


— Я вырос в Павловском Посаде, где сегодня на каждом столбе, каждой урне вижу что-то вырезанное из металла, ржавое, но похожее на узор павло-посадского платка, — делится своей болью Александр Пчелинцев, руководитель АНО «Проект ДАЛЬ». – И это никак не делает меня еще большим патриотом родного города. 

«Проект ДАЛЬ»агентство, которое занимается ревитализацией исторического наследия и создает ограничения в виде регламентов для других архитекторов, чтобы они не могли слишком рьяно проектировать в исторической среде. 

— Когда мы работаем со сложившейся территорией, очень важно понимать ее контекст, — говорит Александр Пчелинцев. – Мы, как авторы проектов, несем большую ответственность за то, что привносим в это место. Надо основательно подходить к вопросу работы с культурными особенностями. 

Сегодня одним из удачных примеров возрождения утраченного национального бренда, по мнению эксперта, является Коломна. Там это смогли сделать на достойном, совсем не лубочном уровне. 

— Люди возродили бренды не только, чтобы на этом зарабатывать. Они действительно ведут «тот самый», спокойный образ жизни – в деревянных домах, в соответствующей одежде, с серьезным интересом к культурологии. Они улучшают свой город, делают его удобным для себя, и это привело к тому что, Коломна стала лидером страны по динамике развития культурного туризма. 

Непотопляемая   

В поисках настоящей идентичности Татарстан стал одним из первопроходцев. Планомерно эту работу республика начала еще в 2015 году. Однако, несмотря на свой опыт, к какому-то единому выводу в понимании идентичности ее эксперты пока не пришли, в чем и призналась коллегам Наиля Зиннатуллина, директор Института развития городов РТ. По ее словам, все зависит исключительно от того поселения, с которым в данный момент работают специалисты института. 


— Бывает, что идентичность, буквально «растет» из ландшафта, но местные жители эту данность принимать не готовы. Они не видят ее среди этих многолетников, лесов, полей, рек рядом с которыми живут каждый день. И вот архитектор приходит со своим предложением благоустройства, а ему говорят: «Давайте побольше брусчатки, фонтан, подсветку, а еще – петуний, чтобы было ярко, как в городе!». Меж тем, жители города просят: «Нам бетон надоел – дайте нейтральности в дизайне и природы!». Мы постоянно находимся между такими полярностями, но мне кажется, что это здорово.


Порой идентичность лежит на поверхности, но жители выступают против использования ее в благоустройстве. Конкретный пример — Агрыз, где основным местом приложения труда является железная дорога. Однако, проект с ее имитацией на центральной улице восторга у горожан не вызвал. «Я работаю на «железке», дед работал на «железке», отец там работал и мой ребенок скорее всего будет работать на «железке», поэтому, давайте, хотя бы на улице у нас не будет «железки»», — говорили они архитекторам. 

Получается, люди могут устать от идентичности места, но как в таком случае нам сохранить ее? К счастью, вывод из слов Наили Зиннатуллиной напрашивается вполне утешительный: идентичность непотопляема. Мы далеко не уйдем от нее – даже, если будем очень стараться. Потому что на самом деле она кроется буквально во всем — в скорости принятия решений, которая в разных районах – разная, в старательности, с которой укладывают локальные строители брусчатку, в той аккуратности, с которой местные мастера зачищают сварные швы на уличных светильниках…

— Вряд ли мы сможем избежать проявления настоящей национальной идентичности — лица местных жителей, лица народа конкретно в эти моменты.


На фото: Коломнаодин из удачных примеров возрождения утраченного национального бренда и лидер страны по динамике развития культурного туризма. 

Источник фото: сайт администрации г. о. Коломна

 

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *