$ 00,0000
00,0000
Казань -4.64 °C

Один день из жизни экспертизы

В ноябре ГАУ «УГЭЦ РТ» отмечает свое 35-летие. В преддверие этого события мы решили познакомить вас с теми, кто является гарантом безопасности, качества и экономической эффективности строительства - то есть, с самими экспертами. Мы узнали, что их вдохновляет, а порой, огорчает, побуждает развиваться и становиться в авангарде главных трендов стройотрасли Татарстана.

Один из крупных производственных проектов республики – строительство индустриального парка «Синергия» в ОЭЗ «Алабуга». Его масштабы впечатляют. К началу года там уже было построено 200 тыс. кв. метров готовых индустриальных площадей, в 2023 году их объем должен увеличится в два раза — новые резиденты создали спрос на дополнительные площади для размещения своих производств. Сегодня проект нового корпуса должен получить положительное экспертное заключение – эксперты ГАУ «УГЭЦ РТ», фактически, выпускают его «в жизнь», говоря свое «да» глобальной стройке. 

Это значимое событие в стройотрасли республики – хорошая иллюстрация рабочих будней Госэкспертизы РТ, того размаха и сложности задач, которые ей приходится решать каждый день. Ежемесячно ГАУ «УГЭЦ РТ» выпускает около тридцати экспертных заключений о проектной документации и результатам инженерных изысканий по крупным строительным объектам. Так, например, в сентябре их было 33, а за 9 месяцев, с начала года – 227. 


— Конкретно сегодня в работе у экспертов находятся проекты реконструкции цехов таких промышленных гигантов, как ПАО «Нижнекамскшина» и АО «ТАНЕКО», — рассказывает Тимур Зинатуллин, первый заместитель директора ГАУ «УГЭЦ РТ». – Конечно, это требует от наших сотрудников высокой квалификации, ведь им приходится разбираться во всех нюансах. Кадры – наш «золотой фонд», опыт работы наших экспертов огромнейший, а у некоторых он и вовсе превышает двадцать лет.


Сегодня Госэкспертиза РТ, без преувеличения, является драйвером строительной отрасли республики, отвечая не только за безопасность объектов, но и достоверность их сметной стоимости. С начала этого года экспертами ГАУ «УГЭЦ РТ» было выдано свыше 2 тысяч подобных заключений. Так, в прошлом году экономический эффект от снижения первоначальной заявленной стоимости строительства на стадии экспертизы составил 4,8%, что позволило сэкономить более 21,5 млрд. рублей бюджетных средств.

ТИМ. Вместо тысячи слов

На большом мониторе открыт чертеж здания. Стены, крыша, фундамент, уходящий в землю – на первый взгляд, ничего примечательного. Но вот эксперт щелкает мышкой, и одна из стен чудесным образом исчезает, «обнажая» перекрытия, демонстрируя толщину несущих конструкций и «ветки» коммуникаций…

1 января 2023 года Татарстан сделал еще один шаг навстречу цифровизации строительства: в нашей республике стало обязательным использование технологии информационного моделирования в инвестиционно-строительном процессе для бюджетных объектов. Сегодня эти проекты зайти на экспертизу без ТИМ могут только по согласованию с Минстроем РТ. Впрочем, уверяют эксперты, таких единицы.

— Внедрение ТИМ – безоговорочный тренд этого года, — рассказывает Тимур Зинатуллин. – Практически 80 процентов объектов, поступающих к нам на экспертизу, выполнены с применением этой технологии. Причем, качество исполнения проектов растет из месяца в месяц. Мы полагаем, что с нового года 100 процентов гособъектов будут выполнены в модели, а с июля 2024 года этот тренд уверенно поддержат и коммерческие заказчики.  

Чтобы стройотрасль республики встала на рельсы ТИМ, экспертам пришлось стать в авангарде этого движения. Сегодня все они умеют работать в цифровой модели, так как прошли соответствующее обучение. Галина Артюшкова, главный эксперт отдела архитектуры, градостроительства и инженерных изысканий вместо тысячи слов демонстрирует преимущества проекта с ТИМ на деле. На ее мониторе – та самая магия цифрового проектирования. 

С помощью мышки и клавиш Галина Дмитриевна вращает 3D-картинку, выделяет ее элементы и тут же получает информацию о их свойствах – параметры, материалы, стоимость. К слову, 3D-слой в модели — это не просто визуализация. Это модель с проверенными инженерными решениями. В идеале она проверена даже на коллизии: в ней автоматически выявляются, например, нереализуемые пересечения инженерных коммуникаций. Но то – в идеале, а пока…

— А пока некоторые модели с ТИМ несовершенны, — рассказывает Галина Артюшкова. – Например, не редкостью для нас становится несоответствие чертежей проектной документации и проекта в ТИМ.

Впрочем, есть на этом пути еще одна сложность: зарубежные разработчики ушли, а отечественные пока не создали удобные и эффективные продукты. И это одна из основных задач цифровизации на ближайшее будущее. Вместе с тем, по заверениям экспертов, прогресс в освоении ТИМ все же есть. Постепенно к участникам отрасли приходит понимание, что создание цифровой модели объекта – это шаг на новый уровень проектирования, ценообразования, строительства. К тому же, сегодня Госэкспертиза РТ выступает Центром содействия по внедрению технологий информационного моделирования в Республике Татарстан. 

Сегодня Госэкспертиза РТ выступает Центром содействия по внедрению ТИМ в Республике Татарстан

«Интерес прямо пропорционален сложности»

В середине октября произошло важное событие в развитии Казанской агломерации – был запущен первый участок Вознесенского тракта. Его протяженность составила 3,8 км. — от улицы Гвардейской до Проспекта Победы. Строительство тракта – не просто установка дорожного покрытия, но и вынос инженерных коммуникаций, переустройство сетей ливневой канализации, электроснабжения, водоснабжения, газоснабжения и связи. А также строительство пешеходных переходов, остановок транспорта, путепроводов через железную дорогу, ограждений, планирование внутриквартальных и дополнительных проездов, освещения… 

— С дорогами всегда очень интересно работать, потому что в каждом проекте возникает множество нюансов, — рассказывает Владимир Мусин, главный эксперт отдела архитектуры, градостроительства и инженерных изысканий. Про магистрали, тракты и трассы он может говорить бесконечно. Вознесенский тракт – это тот проект, от которого «глаза горят».


— Интерес для эксперта прямо пропорционален степени сложности проекта, — поддерживает коллегу Владимир Утукин, главный эксперт отдела инженерного обеспечения. —  Чем он сложнее, тем интереснее работать. Скажу без предвзятости, такие проекты в нашей работе бывают нередко.


К слову, общая направленность проектов, поступающих на экспертизу, меняется согласно времени. Так, например, санкции побудили руководство страны взять курс на импортозамещение, и это дало толчок промышленному строительству. Разнообразие поступающих на экспертизу проектов строительства и реконструкции промышленных объектов, наряду с проектами социальных объектов – школ, детских садов, объектов здравоохранения, градоформирующих общественных комплексов радует даже опытных экспертов.

Это свидетельствует о текущем сбалансированном развитии тенденций в инвестировании и в сфере деятельности проектно-строительного комплекса, , — комментирует Виталий Гущин, главный эксперт отдела архитектуры, градостроительства и инженерных изысканий. Опыт его работы в экспертизе позволяет вспомнить, что долгое время инвесторами и застройщиками, заинтересованными в эффективном и быстром извлечении прибыли, существенное предпочтение отдавалось жилищному строительству, которое всегда отличала отлаженная и безотказная (унифицированная) схема финансирования, проектирования и строительства. При этом, несоответствие объемов строительства жилья реальной востребованности, а именно покупательской способности основной массы нуждающегося в нем контингента, компенсировалось перманентными кредитно-финансовыми схемами. Например, нереализованный фонд мог передаваться банкам в залог под получение новых займов, которые впоследствии можно было и не возвращать.

Изменения начались с подготовкой к Универсиаде, вспоминает Татьяна Павлова, главный эксперт отдела экспертизы сметной документации. Тогда в ГАУ «УГЭЦ РТ» стали поступать яркие проекты, о которых специалисты ведомства и сегодня рассказывают с особой теплотой. Реконструкция исторических зданий, строительство масштабных спортивных объектов и, наконец, реставрация памятников культуры – все это требовало от экспертов не только особых знаний, но и творческого подхода к делу. 

— Такие проекты заставляют тебя расти, причем не только в профессиональном плане, но и в части общей эрудиции, – рассказывает Галина Артюшкова.  — Например, при рассмотрении проекта восстановления собора Казанской иконы Божией Матери мне пришлось изучить множество исторических справок.

Сегодня проекты «с историей», может, не в таком масштабе, как десятилетие назад, но все же продолжают радовать экспертов. Так, например, в настоящий момент у них в работе находится проект реконструкции здания ТЮЗа на улице Островского, предполагающий реструктуризацию внутреннего пространства, его адаптацию под нужды театра. 

Задача непростая, ведь, когда работаешь с объектом культурного наследия, нельзя произвольно снести показавшиеся «лишними» перегородки, надстроить или демонтировать этаж, заложить или пробить проем, «усовершенствовать» парадную лестницу, — рассказывает Виталий Гущин. – В общем случае реконструкция на объектах культурного наследия запрещена, за исключением нескольких предусмотренных законодательством сценариев, ее допускающих, таких как сохранение аварийного объекта или его части, воссоздание исторического облика (в том числе приведение в соответствие с ним, восстановление утраченных элементов), приспособление под современное использование, не затрагивающее части здания и элементы, составляющие предмет охраны, и позволяющее сохранить объект и содержать его в надлежащем состоянии согласно охранному обязательству. Случается выступать в роли консультантов, анализируя и сопоставляя в поисках приемлемого креативного решения проблемы документы общей нормативно-технической базы, исторические документы, законодательство и нормативные правовые акты в области охраны объектов культурного наследия.

В Госэкспертизе РТ утверждают: интерес для эксперта прямо пропорционален степени сложности проекта. Чем он сложнее, тем интереснее работать. Сегодня Виталий Гущин проводит экспертизу проекта реконструкции здания казанского ТЮЗа, а работа с памятниками культуры и искусства — всегда непростая задача.

Эксперты — психологи

— Сегодня мы должны были выпустить экспертное заключение по одному очень крупному промышленному объекту, но, буквально десять минут назад мне позвонил заявитель и сообщил о своем намерении поменять технические решения по электрике. Ну, что сказать на это? У меня просто нет слов… — делится последней новостью Владимир Утукин.  

Подобные моменты – настоящая «головная боль» экспертов. Внесенные в последний момент заявителем изменения, фактически, перечеркивают уже проделанную работу. К сожалению, такое случается. Впрочем, есть и куда более глобальные сложности.  

Задача эксперта – подробно изучить проектную документацию и дать заключение о соответствии или несоответствии принятых проектных решений строительным нормам и правилам. И в этом кроется своя проблема, потому что нормы эти сегодня по большей части – добровольные. Конечно же, такая «фривольность» трактуется проектировщиками по-разному и иногда – в свою пользу.

— Что такое добровольность? Некоторые проектировщики понимают ее так: «хотим – применяем, а не хотим – и не применяем», — рассказывает Галина Артюшкова. – Вместе с тем, по вопросу добровольности есть разъяснение ФАУ «ФЦС», а также множество писем Минстроя России, где со ссылкой на Федеральный закон «О техническом регулировании» говорится, что применение добровольных стандартов и сводов правил является достаточным условием соблюдения требований соответствующих технических регламентов. В случае же их неприменения допускается применение предварительных национальных стандартов, стандартов организаций и (или) иных документов, а также возможность обоснования их неприменение способами, указанными в части 6 статьи 15 Технического регламента о безопасности зданий и сооружений. Например, согласно своду правил добровольного применения все лифтовые шахты должны быть отделены от других конструкций здания акустическим швом (воздушным промежутком), но в некоторых проектах стена лифтовой шахты одновременно является стеной квартиры. Проектировщики обосновывают это расчетами шума или протоколами измерения шума от аналогичного лифта на другом объекте, или ссылаются на санитарные нормы, где лифтовая шахта не должна граничить только с жилой комнатой. И вроде бы все обосновано, и ты обязан выдать заключение, а на душе «кошки скребутся» …

— Такое необязательное исполнение норм создает нам трудности в работе. Довольно часто экспертам приходится убеждать заявителей, что их проект несет в себе сложности, хотя формально, казалось бы, он легитимен, — рассказывает Владимир Утукин. – Каждый из нас для этого использует свои методы, и каждый – немного психолог. 

Вот так в числе профессиональных компетенций экспертов появляются высокая стрессоустойчивость и хорошие коммуникативные навыки. 

«Мы видим все недостатки»

В городских округах пожарные подразделения должны пребывать на место пожара за 10 минут, а в сельских за двадцать — не более. С этим расчетом, в привязке к расположению пожарных депо, принимая во внимание состояние дорог, и должны проектироваться ЖК. Однако, в Казани пожарных депо не хватает, особенно на периферии города. 

— Проектирование новых кварталов там, как правило, идет без учета постройки пожарных депо, и во время экспертизы мы на это указываем, — рассказывает Николай Тарасов, главный эксперт специализированных экспертиз. — Например, есть такие проблемы в направлении Мамадышского тракта. Ребром мы ставили вопрос при прохождении экспертизы ЖК Салават Купере – так было принято решение о переносе туда пожарной части из поселка Юдино. 

По словам Николая Ивановича, к сожалению, за последние годы грамотность проектировщиков несколько упала, и это усугубляет ситуацию. Но, к счастью, есть экспертиза, которая является надежной преградой для воплощения фатальных ошибок проектирования в жизнь. В прочем, высокая квалификация специалистов ГАУ «УГЭЦ РТ», порой создает сложности не только для горе-проектировщиков, но и для… самих экспертов.     

— Мы гуляем по улицам, заходим в здания и даже вне своей профессиональной деятельности видим все недостатки – будь то отсутствие обратного клапана в системе водоснабжения в квартире, низкая освещенность пешеходных переходов или заставленный машинами двор, — улыбается Гузэль Мухамадеева, начальник отдела инженерного обеспечения. — Я бы сказала, что это своего рода профдеформация, поэтому душа у эксперта за подобные недоделки болит не только на работе, но и в обычной жизни. Нам всегда хочется что-нибудь улучшить.

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *